Путь и спутник

 

Сражаться с прошлым вдвойне
нелепое донкихотство:
во-первых, на его стороне
численное превосходство,
во-вторых, его войска
вылеплены из воска.
Поднимется ли рука
сражаться с таким войском?

* *

*

Боясь сделать то, что уже
сделано, делаешь это снова
и снова. И страх оседает в душе.
В жизни нет ничего наживного,
кроме смерти. Но даже она
боится, трясущимися руками
снимая с лацканов ордена,
словом память увеча камни.

* *

*

Время течет слева направо с красной строки до черствой корки.
Многих жалко. Многие правы.
Все оправданы. Даже Горький.
Ради пары строк, озаренных
обещаньем метаморфозы,
все прощают: дом разоренный,
смерть деревьев, детские слезы.

* *

*

Удобряю ресницы снами.
Гуще некуда. Нет длинней.
Я-то знаю, что будет с нами.
Но судьбе все равно видней убаюкает и разбудит,
и подскажет разгадку сна...
Я-то знаю, чего не будет.
Но надеюсь, она не зна

* *

*

Нежность больше не делится
на состраданье и страсть.
В цельное легче целиться,
но труднее попасть.
Здравствуй, министр утренних
дел, кофейных кантат
автор! В моем целомудрии
ты один виноват.

* *

*

По счету почести. По смете утраты. Радости в кредит.
Я сон, который снится смерти.
Тссс, не буди, пускай поспит.
И ты поспи. Любовью выжат,
младенчески прильни ко мне.
Как тихо спит. Как ровно дышит.
Как улыбается во сне.

* *

*

Нет, нет, не ревность благодарность.
Под сенью тысячи гостиниц
мне столько нежности досталось,
наследнице твоих любимиц.
Но сколько, добрый мой заступник,
стоптано слов, сношено кожи,
чтобы открылось: путь и спутник одно и то же.

* *

*

Жизнь в посудной лавке...
Мы, слоняясь по ней,
знали цену ласке,
знали: она ценней
боли, знали, сколько
в ней процентов земли...
Из сотен осколков
склеить чашку могли.

* *

*

Перед дальней дорогой
приляжем, старина!..
Первых любовей много,
последняя одна.
Продлись, помедли, лето исправительный срок
услады напоследок,
ласки через порог...

* *

*

Вероотступница, мученица
раскаянья и стыда,
нянчу за пазухой сердце птенца,
выпавшего из гнезда.
Кто же о нем позаботится, кто
вырастит? Вот и пою,
чтобы подбросить в чужое гнездо
хищную нежность свою.

* *

*

Вергилий в предсмертном бреду
просил сжечь "Энеиду".
Блок "Двенадцать".
Успеть
сжечь то, что хочешь сжечь
до того, как начнешь бредить.